Землянка у реки

Получилось так, что все утро брат шел по глубокому снегу, шел и гонял по кругу мысли. Иногда он останавливался на пару минут, чтобы отдышаться, и потом шел дальше. Выбиваться из сил ему было ни к чему. С вечера жена добросила его докуда могла. У них ведь одна машина на двоих, и она нужна ей по работе. Она вернулась в город, а брат сел на электричку, потом на автобус, потом переночевал на автовокзале, на скамейке под фикусом. Оставалось дошагать до еще одного автовокзала, сесть на еще один автобус, и все, он будет на месте. У родственников кого-то из друзей пустовал дом в глуши, туда брат и ехал.

С электрической опорной мачты, заросшей у основания подлеском, тихо слетела птица. Услышав человека, она проснулась, пролетела над самой землей, исчезла в лесу. Навигатор показывал, что здесь должна проходить накатанная машинами дорога или хотя бы буранка, но ничего такого не было: только синее снежное поле во мгле, клочья желтой травы, сухие призраки борщевиков. Справа вилял по снегу оплывший след какого-то зверя. Снег хрустел у брата под ногами.

Иногда появлялась лыжня. По выходным люди из города приезжали сюда ходить на лыжах. В лыжне его ноги проваливались, но идти по целине было еще хуже. Поэтому, пока была лыжня, он шел по ней, а потом она пропала. Рюкзак давил ему на спину и плечи, и под пальто его спина взмокла.

Он свернул с просеки, пошел вдоль реки. Здесь началась буранка, и он пошел по ней. Когда за лесом поднялось солнце, задул холодный ветер. Брат остановился и посмотрел вокруг. Деревьям было все равно, и снегу тоже. Навигатор показывал, что впереди за лесом маленькая река впадала в большую реку.

На утесе торчал, как гнилой зуб, обгоревший комель. В то дерево ударила молния. Где-то заходились лаем собаки. Брат вышел к большой реке и увидел, что человек провалился под лед. Собаки бегали вокруг рыбацкой полыньи, приседали на передних лапах и лаяли.

<…>